на главную


Траян в исторической памяти народов

В этом небольшом очерке я попробовал разобраться, прежде всего для себя, каким запомнился человечеству Марк Ульпий Траян. Точка зрения одного народа - его собственного - нам уже известна и выражается двумя словами - "OPTIMVS PRINCEPS". Однако, было бы любопытно узнать отражения фигуры Императора в сознании и других народов. Мало ли было на свете правителей, которых их народы награждали всяческими эпитетами, но для всего человечества остававшихся неактуальными фигурами? Вспомнить хоть могущественного царя Персии Шапура I, которого величали "...почитателем Мазды, богом Шапуром, царем царей иранцев и неиранцев, из рода богов, господином Иранской Империи..." . Великий воин, мудрый правитель, сильный человек, но... почему то оставшийся малоинтересным для потомков неиранского происхождения.

Итак, к делу. Если просуммировать доступные источники, то складывается впечатление, что и Запад и Восток (намеренно пишу с большой буквы) увидели в фигуре Траяна разное. Порой кажется, что речь идет о двух совершенно разных людях. Для Запада имя Траяна прежде всего ассоциируется с законом и справедливостью, для Востока - это нечто страшное и уродливое, - бич божий посланный свыше в наказание за грехи. Интересно, что противоположная ипостась Траяна для каждой цивилизации остается совершенно скрытой - если славяне воспринимают Траяна как страшное уродливое чудовище - похожего то ли на Дьявола-Пана, то ли на Кощея Бессмертного - то ни о какой его "справедливости" тут не может быть и речи. Запад же, зная о жестком характере Траяна, о его кровопролитных войнах и твердости в преследовании христиан и иудеев, тем не менее на подсознательном уровне отторгает все это как обвинение и реабилитирует Траяна за один только эпизод со вдовой (см. ниже), в котором проявились милосердие и тяга к справедливости Императора. Факт, надо сказать, поразительный. Мне видится, что все дело в психологии. Римляне сумели передать народам западной Европы свою генетическую память о "Лучшем Принцепсе" как о своем историческом лидере. Для Запада Траян - свой. Иначе трудно объяснить почему языческий Император, которой изрядно потупил свой меч о шеи христиан, был официально реабилитирован Католической Церковью. Но - об этом ниже. Пока же отметим факт двоякого отображеня в исторической памяти народов Императора Траяна, который подобно двуликому Янусу обращен одной своей головой (уродливой) на Восток, а другой (в образе прекрасного принца) на Запад.

Запад

Итак, старинная легенда, широко распространенная в средневековой Европе как среди простонародья, так и аристократии, гласит, что был некогда в Риме языческий император по имени Траян, каковой, несмотря на язычество, выказал великую добродетель. Однажды, когда он спешно отправлялся на войну, к нему пришла одна вдова и, обливаясь слезами, сказала: «Умоляю тебя отомстить за моего сына, которого подло убили». Траян ей ответил, что сделает это, вернувшись из похода. Но вдова не успокоилась: «А если тебя убьют на войне, от кого тогда мне ждать правосудия?» На что Траян отвечал: «От того, кто будет править после меня». «Но тебе, - продолжала вдова, - какая в том будет выгода?» «Никакой», - ответил Траян. «Так не лучше ли будет для тебя, если ты сам окажешь мне правосудие и получишь воздаяние за добрый поступок?» Тогда Траян, тронутый ее слезами, слез с коня и тотчас же распорядился отомстить за гибель невинного юноши. В более душещипательной версии утверждалось даже, что убийцей оказался сын самого Траяна, который сбил юношу с ног, когда мчался на коне во весь опор по улицам Рима. И посему Траян отдал его в рабы матери погибшего и щедро одарил ее. Впрочем, детей у Оптимуса не было, так что это, скорее всего, уже добавка из более поздней эпохи. Несомненно, что основа самой истории имела место быть, т.к. она упоминается и в античных источниках. История эта имеет продолжение: однажды папа Григорий Великий (это происходило уже на пятьсот лет позже), проходя по форуму Траяна, вспомнил о справедливости и доброте императора. Войдя в базилику святого Петра, он горько оплакивал его душу и молился за нее. И тогда свыше ему ответил глас: «Григорий, Я услышал твою мольбу и избавил Траяна от вечной кары, но поостерегись впредь возносить Мне молитвы за осужденного на муки». Согласно (Иоанну) Дамаскину, голос сказал Григорию только: «Я исполняю твою просьбу и прощаю Траяну». Таким образом, Траян - согласно западной мифологии - ЕДИНСТВЕННЫЙ человек, который был прощен самим Господом и перемещен из ада в рай до Страшного суда. И это при том, что он никогда не был христианином! Тема этого спасения Траяна была чрезвычайно популярна в средние века как в художественной литературе, так и в изобразительном искусстве. На фотографии слева приведен фрагмен триптиха "Отцы Церкви" Михаэля Пачера (1435-1489). Сейчас картина находится в музее Alte Pinakothek в Мюнхене. Интересно, как тема решена на полотне художественно - в центре сидит папа Григорий, в ответ на его молитвы люк раскрывается и из ада (то, что это ад видно по языкам пламени) появляется странный бородач, не удержусь от улыбки, - в оригинальных плавках с завязочками по бокам и короне. Фигура спасшегося императора мало напоминает самого Траяна, но обвинять в этом художника трудно. В те времена античность воспринималась как какая-то Атлантида, найденые случайно артефакты вызывали у людей шок и казались инопланетными. Думается внешний облик Траяна вряд ли был известен хорошо - его бюсты были утеряны, а фигуры на Колонне считались просто украшением.

Сцены справедливого суда и далее были очень популярны на Западе. Приведу некоторые примеры, которые удалось разыскать в сети. Вот картина Ноэля Копеля (1628-1707), которая находится в Лувре. Полотно называется "Аудиенция у Траяна". Здесь мы видим довольно таки забавный взгляд на легенду из времени Петра Великого и Людовика XIV (картина написана в 1699 году). Режут глаз одежда и внешний вид римлян - скорее обстановка напоминает прием у какого-то арабского шейха, но никак не Рим: чалмы на головах, почему то упавшие ниц люди, сам Траян (фигура в краснов в центре) одет зачем-то в плащ варварского покроя. Во времена Оптимуса появление римлянина в таком каракалле было позором. Но оставим эти огрехи на совести художника - присмотримся к сюжету картины. Здесь мы видим другую версию событий - Траян принимает посетителей и вершит правосудие во дворце или, скорее всего, на Форуме, в спокойной и деловой обстановке. Акцент делается на то, что справедливое ведение дел - это рутина для Императора, добрыми делами он занимается каждый день. Художник трактует тут древнюю легенду расширительно. А вот еще картина - "Справедливость Траяна" (1765) французского художника Ноэля Халле (1711-1781). Здесь вдова, просящая за своего сына превратилась в мать двух малых детишек, которая, если немного пофантазировать, просит за своего мужа. Надо сказать, очень проникновенная картина! Претензии к правдивому отображению античной эпохи остаются - тут и бумага, которую протягивает женщина, и странный витязь с копьем справа от Траяна, все тот же каракалла, но каков конь! Соскочил прямо с Аничкова моста в Петербурге. -))) Надо сказать, что художники запада постоянно возвращались к теме справедливости. Причем, характерно это как для роялистов, так и для новой волны художников, порожденных французской революцией. Возьмем знаменитого Эжена Делакруа (1798-1863), автора знаменитого полотна "Свобода". В 1840 году он пишет картину на всю ту же привычную и видимо актуальную для каждого века тему - "Justice de Trajan" (изображен лишь фрагмент). Здесь художник скрупулезно следует легенде, рассказаной Данте в "Божественной комедии". Времена уже были другие - властвовал неоклассицизм. Античность профессионально изучалась в университетах, собирались и исследовались артефакты той эпохи, везде был всеобщий интерес к антике. Поэтому детали картины проработаны гораздо более тщательнее. Интересно отметить, что на обеих картинах Траян изображен в виде прекрасного юноши лет 20-и. Именно так по мнению художников должно было выглядеть земное воплощение Юстиции. Старый и уставший человек, с явными признаками гипертонии и хронического пьянства, каким предстает перед нами Траян на своем последнем прижизненном бюсте, выполненном во время парфянской кампании, явно не тянет на эту возвышенную роль.

Итак, главную суть западного мифа о Траяне мы выяснили. То, что это миф, становится совершенно ясным из фантастического изображения императора, предельно далекого от его реального облика. И в наши дни этот миф продолжает жить. Догадайтесь чей профиль выбит на фронтоне Верховного Суда США в Вашингтоне (округ Колумбия)? Да-да, именно старина Траян укоризненно разглядывал Билла Клинтона с Моникой Левински с высоты своего барельефа. Теперь он символизирует собой справедливость американской Фемиды. Надо признать, хорошая работенка для бывшего Императора. -)

Есть еще один очень важный образ, связанный с деятельностью Траяна, который получил широкое распространение в современном мире. Это - Колонна Траяна. Этот образ оказался вдохновляющим для многих державных владык. Вполне естесвенно, что пик интереса к подобным формам увековечивания достижений, пришелся на эпоху неоклассицизма. Именно в это время лавина фактов и материальных артефактов обрушилась на западное сообщество и вся политическая жизнь рядилась в маски античности. Образ Колонны не мог остаться на обочине, и первым кто его использовал в личных пропагандистских целях был Наполеон Бонопарт. После битвы под Аустерлицем (1805) он приказал воздвигнуть в Париже колонну наподобие траяновой. В 1806-10 годах художники Денон, Гондуин, Лепер и Бержере создали Вендомскую колонну. Высотой 44 метра, что на пять метров выше Колонны Траяна, она демонстрировала сцены из аустерицского сражения, спирально накручивающиеся до самой вершины, которая была увенчена золотой статуей императора Наполеона. Так что, вполне возможно, на каком-то кадре изображен и Андрей Болконский, поднимающий знамя в контратаке. Во время турбулентных событий 19 века, потрясавших Францию, Вендомская колонна хронически страдала от политически мотивированных изменений в своей конструкции, но в конце концов приняла первоначальный вид. Если внимательно присмотреться, то сначала даже теряешься - а что собственно своего было привнесено французскими художниками в конструкцию Аполлодория? Разве что материал из которого были изготовлены кадры - бронза, которую получили, расплавив 1250 трофейных орудия из-под Аустерлица. Если вы когда-нибудь посетите Париж, то пройти мимо этого сооружения будет преступно. Оно находится на Вендомской площади - Place Vendome. Но идем дальше. Ответ России на такое вопиющие попрание нашей гордости не мог быть дан вне властвующей в те времена эстетики. Это просто не было бы понято. И вот он - ответ. 30 августа 1834 года на площади перед Зимним дворцом был воздвигнут Александрийский столп - памятник Александру I - победителю Наполеона в войне 1812-1814 годов. Колонну, возведенную по проекту Огюста Монферрана, венчает фигура Ангела, выполненная скульптором Борисом Ивановичем Орловским. Надо сказать, что кажущийся теперь совершенным, монумент порой вызывал у современников критику. Орловскому пришлось несколько раз переделывать скульптуру Ангела, прежде чем она понравилась Николаю I. Император пожелал, чтобы лицу Ангела придали сходство с Александром I, а морда змеи, попранной крестом Ангела, должна была непременно походить на лицо Наполеона. Надо ли говорить, что наша Колонна была выше французской? Ее высота 48 метров. Мне кажется, что художники нашли адекватное решение в традиционно русском смысловом поле - именно Ангел и именно змей, пораженный в беспощадной войне. А чтобы этот главный смысл был подчеркнут, авторы российской колонны отказались от мелочного мельтешения кадров прошедшей войны - ствол ее девственно чист и как перст указует ввысь. Сильное решение и, по-моему внутреннему ощущению, на лопатки кладет французское изделие, бесталанно копирующее Колонну Траяна. Я думаю излишним будет агитировать полюбоваться на Александрийский столп - мало кто прошел мимо него, приезжая в Петербург.

Справедливости ради стоит упомянуть и некоторые другие колонны, которые были воздвигнуты в 19 и 20 веках. Прежде всего это Колона Нельсона на Трафальгарской площади в Лондоне (справа). Она была поставлена в 1843 году в память о Трафальгарской битве с теми же французами, в которой адмирал Нельсон получил смертельное ранение. Она выполнена в коринфийском стиле и наверно излишне говорить, что высота ее превышает нашу колонну - 56 метров. И в те времена государственный престиж измерялся в метрах! Даже маленькие страны Европы ставили свои Колонны. Вот Колонна Конгресса в Брюсселе, воздвигнутая в память о бельгийской революции 1830 года (слева). На вершине стоить король Леопольд III. Полная высота сооружения 47 метров. Не могу не упомянуть также германский вклад в эту гонку. В 1864 году в Берлине была воздвигнута Колонна Победы, которая была призвана отметить победоносное завершение прусско-датской войны (справа). После разгрома Австрии в 1866 и Франции в 1870 это сооружение получило дополнителный смысл. Германский национализм поднимался над Европой и этому новому ощущению немцев должно было дано достойное воплощение в камне. И Бисмарк дал немецкой нации свою Колонну! Автор ее проекта - Хенрик Страк. А теперь попробуйте угадать высоту этого сооружения? И вы - правы! Разве мог допустить Бисмарк, чтобы его сооружение было ниже? Нет! Ее первоначальная высота была 60 метров, но нацисты добавили еще семь метров цоколя (видимо про запас). В данный момент она возвышается на 67 метров. На вершине стоит 35-тонная бронзовая Виктория, с тевтонским штандартом в руке. Тяжеловесный гранитный цоколь настолько велик, что в каком-то смысле подавляет Колонну, делает ее не очень элегантной. Что поделать, - каждый народ вкладывает в дела особенности своей души.

Когда я пытаюсь размышлять, чья же колонна получилась наиболее сильной в художественном смысле, то почему-то прихожу все время к одному ответу: наша. Именно Александрийский столп в Петербурге выполнен в наиболее символической форме, без бряцанья оружием, но с глубоким внутренним содержанием. Впрочем, это глубоко персональное видение, которое не претендует на объективность. В заключение приведу пример анти-колонны. Вот такое сооружение было воздвигнуто в одном европейском парке. Похоже, что автор был пацифистом по своей натуре и ему глубоко претили воинствующие колонны прошлого. Чтобы подчеркнуть, что любая война - это прежде всего погибшие люди, Колонна Траяна преображается здесь в своего антипода. Кому-то нравится и такое искусство. В заключении обзора того, как западная цивилизация воспринимала и продолжает воспринимать личность Траяна, хочется отметить позитивный и светлый взгляд на этого деятеля. Не стоит удивлятся, что Россия нанесла свой мазок в общую картину, - начиная с Петра Великого мы являемся в каком-то смысле частью западной цивилизации. Но у нас есть и другой, глубоко укоренившийся народный взгляд на Траяна и его деяния. Что поделать, не случайно нашим гербом является двуглавый орел. Две головы, два мнения, два цивилизационных взгляда на историю и свое место в ней.

Восток

Под "восточной" цивилизацией я понимаю прежде всего славян и дружественные к ним народы. Для нашей ойкумены Траян - это прежде всего персонификация мирового зла, причем зла не человеческого, а божественного. Без преувеличения можно сказать что в Траяне в дохристианскую эпоху славяне видели Дьявола во плоти. После принятия христианства образ размывается, теряет свои определенность, все больше отдаляясь от своего живого прототипа, но главное - злое начало - остается.

Но обратимся к фактам. Стоит наверно привести статью из "Энциклопедического словаря" Ф.А.Брокгауза и И.А.Ефрона: Около личности императора Траяна образовалось много легенд... В славянских преданиях божество "Траян" получил свое имя от римского императора благодаря тому, что славяне обитали в Дакии, где пришли в соприкосновение с Римской империей при Траяне. Имя это в ряду славянских божеств, наряду с Велесом и Хорсом, встречается в одной из славянских редакций хождения Богородицы, в рукописи XII в. В "Слове и откровении св. Апостол", напечатанном по рукописи XVI в. Тихонравовым, Траян стоит рядом с Хорсом, Перуном и Дыем, причем о нем говорится, что он "бяше царем в Риме". Эпитет "Траян" встречается тоже неоднократно в Слове о Полку Игореве. А. Н. Веселовский, признавая, что в одних случаях этот эпитет Слова навеян легендой об императоре Траяне, в других случаях объясняет появление его в Слове влиянием так называемых "Траянских Деяний", широко распространенных в средневековой литературе. В южнославянской поэзии Траян является в качестве ночного существа; по сербской сказке, он ездит ночью в Срем к своей возлюбленной и покидает ее до зари. Застигнутый однажды солнцем, он был растоплен им и исчез без следа. Это дает повод исследователям мифологической школы сближать Траяна с ночными (черными) Эльфами. Подобно Эльфам, он обладает несметными сокровищами. В болгарской песне жители города Траяна не веруют в Бога, а поклоняются золоту и серебру. Сербское сказание о Траяне близко подходит к рассказу о Мидасе, с которым роднит Траяна южно-славянской легенды и наружность его (он с звериными ушами). Созвучие, по-видимому, открыло доступ отголоскам Траяновой легенды в Троицкую обрядность. Шейн сообщает, что в Севском уезде, Троицкое хождение в лес для завивания березки называется "ходить на Траяна". Вообще отголоски Траяновой легенды знакомы не только южным, но и северным славянам (русским), на что указывает существование ряда географических названий, происходящих от этого имени, как-то Траянов, Траяновка и др. Литература: В. Ф. Миллер, "Взгляд на Слово о Полку Игореве"; Веселовский, "Новый взгляд на Слово о Полку Игореве" ("Журн. Мин. Нар. Просв." 1877, август); его же, "Легенды о вечном жиде и об императоре Траяне" ("Журн. Мин. Нар. Просв.", 1880, июль); его же, "Разыскание в области русск. дух. стиха" VI-X); Буслаев, "Историч. очерки русско-народной словесности" (т. 1, глав. XIV). П. К-а.

Гораздо более развернуто пишет о славянском божестве Траяне Н.М.Гальковский в своей монографии "Борьба христианства с остатками язычества в древней Руси" (1913). Привожу главу из его книги полностью без изъятий:

Прежде всего, попытаемся установить взгляд на имена богов – Дий или Дый и Траян (Троян). В одной болгарской песне Траян называется царём, и притом проклятым царём Траяном, в царстве которого находится семьдесят водоёмов, а в них течёт жжёное золото и чистое серебро. По сербскому преданию, в Трояновом граде жил царь Троян, который каждую ночь ездил в Срем к одной женщине, а к утру возвращался. Он совершал свои поездки только ночью, так как солнце могло растопить его. Однажды родственники женщины хитростью заставили Трояна пробыть в Срем дольше обыкновенного. Троян поспешил в свой город, но дорогою его застало восходящее солнце. Царь спрятался в стог с сеном; но коровы растрепали сено, и Троян растаял от лучей восходящего солнца. У этого Трояна были козьи уши. Конечно, эти сказания записаны недавно, в XIX веке, и потому исторического смысла доискаться здесь трудно. Буслаев полагал, что Траян, по верованию славян, принадлежал к стихийным существам, в роде вил или русалок, эльфов или альфов. Итак, в народных славянских сказаниях, записанных очень поздно, Траян изображается неопределённым, фантастическим существом. В письменных памятниках более раннего периода ему придаются черты более определённые: он божества или могущественный владетель. Перейдём к книжным сказанием, которые восходят к более раннему времени. В “Хождении Богородицы по мукам”, которое известно было в переводе в греческого в XII столетье, имеется вставка, обещающая злые муки верующим в богов Траяна, Хорса, Велеса и Перуна. Это русская вставка; в позднейших списках Хождение этой приписки нет, потому что с течением времени память о языческих славянских богах утрачивалась, а потому упоминание о них, как ненужное и непонятное, было излишне.

Тихонравов полагал, что Траян был славянским божеством и подтверждением своему мнению видел в “Слове и откровении святых апостол”. В этом “Слове” повествуется о беседе с учениками Спасителя в Иосафатовой долине о греховности рода человеческого, причём упоминаются боги Перун, Хорс, Дый и Траян и инии мнози; эти божества человеци были суть старейшины пероунь в елинех, а хорс в Капре, Троян бяше царь в Риме”. Это место написано, несомненно, под влиянием хронографов. По Летовнику Георгия Амартола Дий был сын Крона и брат Нина. Дий был назван в имельстые звёзды. У персов был закон поимати свою матере и сёстры, почему и Дий был женат на сестре своей Ире. В честь Дия в Египте заклали козлов и иных животных. У Амартола разсказывается, что Серух первый ввёл эллинское учение в Вавилонской земле почитать подвиги и деяния древних бывших ратник или князей; впоследствии же не ведущие люди стали почитать знаменитых предков за богов: “яко богы небесныи почитаахоу, и жрехоу им, а не яко человекомь мрьтвьном бывшем”. Таким образом, люди стали обоготворять людей же, сделавших какое ни будь открытие или изобретение, - таковы, напр. Посидон – изобретший кораблестроение, Гефест, ковач меди и пр. Но эти обоготворённые герои были простыми людьми. “И древле оубо иже от творць глаголемых богов, диа и крона и аполонаа, и ироя, мнеще, человеци богы быти, прельщаахоусе чтоуще”. Потом под этими именами стали обоготворяться стихи. “Диа дьжда реше быти”, т.е. Дий – это дождь. Ниже говорится, что люди послужили твари паче Создателя, обоготворили небо, землю, животных, птиц и гадов. “Именовахоу Диа небо”. Итак, у Амартола под Дием разумеется божество дождя и неба, т. е.Зевс. Полагаем, что составитель русского слова был знаком с Эллинским Летописцем первой редакции. По Летописцу Дий был сын Крона (т. е. Хроноса), царствовавшего в Ассирии, который пожирал своих детей; но Дий был спасён благодаря хитрости своей матери Арии, подавшей Крону вместо ребёнка камень. Дий в Летописце отождествляется с Зевсом: “Егда же время ей б родити нарицаемаго Пика Зевсом ижи ес Дий”… Несколько строк ниже читаем: “Крон же остави сына своего Пика Зевеса, те ес дый, остави в Асури”… он овладел западными странами. В Хронографе второй редакции Дий также сотождествляется с Зевсом: “о Зеусе еже есть Дий”. Дый – тоже, что ДИЙ. Дий имел и форму женского рода: “ов дыю жреть, а дроугый дивии”. Беседа Григория Богослова о избиении града, - славянская вставка. Итак, Дий или Дый – бог дождя и неба, т.е. Зевс. Впрочем, у нас это слово употреблялось в значении языческого бога вообще. Наши предки Дию не кланялись. На наш Олимп Дий попал благодаря знакомству древних книжников с византийской исторической литературой. Возвращаемся к Траяну. Упоминание о нём могло произойти следующим образом. Георгий Амартол, порицая языческое идолослужение, говорит, что люди обоготворили сильных и в бранех мужественных людей, каков, напр. Геркулес (Ераклей); мало того, обоготворяли злых и нечестивых “и не токмо иже благо что сьтворшиим, нь и скврьнным и мрьскыимь моужемь и женам послужише и пожреше, от ных же римляне навыкше своих царий по сьмрьти обоготворише”.

Итак, русский составитель “Слова св. апостол” знал что римляне обоготворяли своих императоров. А имя римского императора Траяна он вставил, вероятно, потому, что оно известно ему было из предания. Следовательно, в памятниках религиозного творчества Траян изображается обоготворённым римским императором. Памятник светской литературы XII века. Слово о полку Игореве с несомненностью доказывал, что в двенадцатом столетии среди русских ещё хранилась память о Траяне. В “Слове” упоминаются: 1) Тропа Траяна: “ О бояне… аки лы ты сии плекы ущекотал, рища в тропу Трояню, чресь поля на горы”; 2) века Трояна – “были вечи Трояни, …на седьмом веце Трояни”; 3) земля Трояня – “вступила (обида) девою на землю Трояню”.

Конечно, всякий поэт, желая быть понятным, должен употреблять такие образы, которые понятны и доступны его современникам. А потому необходимо допустить, что автор ”Слове о полку Игореве”, упоминая о Траяне, говорил о том, что всем было известно и понятно. А, следовательно, среди русских в 12 столетии хранилась память о временах Траяна, славного и могучего властителя; о земле его, им приобретенной, т.е. Даки; помнили тропу, дорогу Траяна, под которой разумеется, Via Traiani, простиравшаяся от берегов Дуная до Прута и далее на восток по южной России. Правда, все упоминания о Траяне в “Слове” не отличаются ясностью; вероятно, для самого певца ”Слова” времена Траяна и его дела были столь затянуты таинственной пеленой прошедшего, что определяя время Трояна, певец употребил эпическую цифру семь. Но, несомненно, в XII веке для русского человека Траян был реальною, историческою личностью. Следовательно, славяне помнили войны Траяна в Дакии, бывшая, в 101 – 105 г. Согласно свидетельству нашей летописи, подтверждаемому и другими свидетельствами, некоторые племена выселились из Дакии в закарпатские края. “Нет никакого повода, однако предполагать, что все славянское население покинуло тогда свою Придунайскую прародину и большими толпами двинулось на север по Висле и Одеру и на восток по Днестру, Днепру и проч. По известиям древних выселилась только незначительная часть, большинство же покорилось злой судьбе, подпало господству Рима, чтобы чрез несколько времени, уничтожить его. Многие из удалившихся тогда снова стали возвращаться”. Очень может быть, что отхлынувшая из Дакии волна докатилась до территории теперешнего Киева и Новгорода. Не знаем, можно ли считать этих выходцев из Дакии первыми колонистами славянами в здешних местах: очень может быть, что древняя Скифия ещё до Рождества Христова вмещала в себе между прочими и славянские племена. – Итак, память о Траяне среди русских славян могла сохраниться от предков, которые некогда воевали с Траяном в Дакии. Существует и иной взгляд, по которому упоминания о Траяне объясняются чисто книжным влиянием. И. Н. Смирнов полагал, что “относить появление славян на Балканском полуострове к III веку по Р.Х.; на Дунае к II веку до Р.Х. Пока нет достаточных оснований”. Они явились позже, раньше IV века по Р.Х.; они начали там водворяться в V веке. Упоминание о Траяне, по мнению Смирнова, говорит только о том, что славяне застали на Балканском полуострове культ Траяна и Зевса и приняли в нём участие; это было в эпоху формального господства христианства, но язычество ещё было сильно. Но здесь возникает ряд недоразумений. Римские императоры обоготворялись при жизни, после же смерти все они, по замечанию Смирнова, сдавались в религиозный архив. Траян умер в 117 году и, конечно тогда же был сдан в религиозный архив: божеские почести стали воздаваться не ему, а другим императорам. С введением официального христианства, в Римской Империи перестали почитать официально императоров, а иного культа им не было. Смирнов полагал, что славяне появились на Дунае во времена официального господства в Римской Империи христианства, т. е. не ранее 4 века. Но кому могло придти в голову в IV-VI веке воздать божеские почести Траяну? И почему в памяти славян остался не Антонин, не Каракалла, а именно Траян, грозный покоритель Даков? Не потому ли, что славянам некогда пришлось столкнуться с ним. Мы не будем касаться в высшей степени сложного и трудного вопроса о времени появления славян на Балканском полуострове и на Дунае. Мы склонны думать, вместе со Смирновым, что славяне задолго до IV века под разными именами приходили в соприкосновение с римлянами.

Мы допускаем, что славянские сказания о Траяне сложились под двумя влияниями: под влиянием народных устных преданий и книжных. Мы совершенно не думаем отрицать книжные влияния; но полагаем, что самый книжный материал о Траяне остановил на себе внимание славянских грамотеев только вследствие того, что славяне помнили об историческом Траяне, победителе Даков. Смирнов отмечал, что в славянских сказаниях о Траяне последний не имеет атрибутов грозного исторического деятеля, как, например Атилла в немецкой поэзии: образ Траяна у славян не ясен и сливается с унаследованными у покорённых фракийцев образами народного творчества; сербский и болгарский Траян – это Мидас. Прежде всего, отметим, что мы не можем определить, располагаем ли мы всеми преданиями о Траяне, или же у южных славян существуют ещё какие – ни будь предания о нём. Впрочем, теперь если и нашлись бы там сказания о могущественном императоре, то нельзя поручиться, что они сохранились в своём первоначальном виде. Что же касается аналогии между сказаниями о Траяне у славян и Аттиле у германцев, то эта аналогия не может быть признана удачной. Сказания об Аттиле записаны под свежим впечатлением событий. В пятом веке хроника аквитанца Просперо (435 г.) заносить на страницы истории имя Аттилы. Около 930 г. галленский монах, впоследствии аббат Эккегард (ум 978 г.) обработал на латинском языке (гекзаметром) слышанную или читанную им в юности немецкую поэму о Вальтере Аквитанском, где, между прочим, изображается и Аттила. Труд Эккегарда утрачен; но около 100 лет спустя, учёный аббат того же монастыря Эккегард 4 (ум. Около 1060 г.) переделал его поэму, которая, как предполагают, дошла до нашего времени. Итак, в памяти потомства могли ясно сохраниться реальные черты Аттилы. Не то с Траяном у славян. Сербские и болгарские сказания о Траяне записаны в XIX веке. Прошло целых 17 веков после событий. За это время Траян успел стать не только фриго – фракийским Мидасом, судя по его козлиным ушам, но мог потерпеть и множество иных превращений. Несомненно, что в сербских и болгарских преданиях, записанных в XIX веке, Траян является существом мифическим. Но в древнейшем письменном памятнике – “Слове о полку Игореве” Траян изображается лицом, несомненно, реальным. Певец “Слова” не отдавал себе отчёта в личности Траяна: не отмечается даже, что Траян был император; но “века Траяна”, - это время славы и могущества; ходить по “тропе Траяна”, по стопам Траяна – совершать славные подвиги. Мы не знаем, были ли Даки славяне; может быть среди них были и славяне. Но, несомненно, личность Траяна, каким то образом подействовала на воображение славян. Может быть, отхлынувшие Даки передали славянам о могуществе Траяна. – Траян в “Слове о полку Игореве” изображён славным и могущественным. Можно ожидать, что он рисовался бы грозным и страшным, так как он нанес поражение славянам. Но это не должно нас смущать. Житель средней Азии до сих пор поёт песню о славных подвигах Искандера, Александра Македонского, который некогда с мечём прошёл Азию. Итак, Дий и Траян не были русскими богами.

По прочтении этих отрывков русских дореволюционных исследователей складывается удивительное ощущение, что огромный кусок русской истории в наших учебниках просто выброшен за борт. По-моему уже никто не сомневается, что славяне жили маленькой спаянной группой на северных склонах Карпат в треугольнике между современными городами Каменец-Подольский, Черновцы и Ужгород. Страшное вторжение, сопровождающееся беспощадными расправами римлян над народами Дакии, не могло не нарушить спокойный строй жизни наших предков. 106 год для них был роковым. Это была точка бифуркации, завязка для всей истории восточной Европы на тысячелетия вперед. Мы знаем, что наши предки, поначалу принявшие вызов и даже контратаковавшие римские владения в Добрудже, были разбиты. Победа римлян была так велика и так трудна, что Траян распорядился поставить на этом месте обелиск славы с поименным перечнем все легионеров и офицеров, павших на поле. Война была проиграна и пощады от римлян ждать не стоило. Большинство наших предков решило покинуть отеческие земли навсегда. Именно отсюда начинается история славянской государственности. Каждая ветвь славянского этноса пошла в свою сторону и, попадая в новое историческое окружение, вынуждена была приспосабливаться к новым реалиям. Характер менялись, дух закалялся. К примеру, в летописях прямо написано, что ляхи отправились на северо-запад, вышли к морю. Можно предположить, что там они пришли в соприкосновение с германцами и это определило их судьбу. Другая часть этноса пошла на восток - это были наши предки. На просторах Евразии они столкнулись с совершенно другими реалиями и народами, - тот фантастический простор, обдуваемый всеми мыслимыми ветрами, после узкой теснины северных Карпат не мог не поразить наших дедов. Именно здесь выковывался характер русской ветви славян. Таким образом, жестокий римский император Траян с одной стороны оказался злым Гением для наших народов, а с другой стороны - повивальной бабкой нового этногенеза. Должны ли мы быть благодарны ему за это? Вопрос риторический... Закончить рассказ хочу подлинной маской императора Траяна, найденой недалеко от Ксантена на рейнском лимесе, которая мне лично очень нравится. По-моему отличная иллюстрацию ко всему тому, что было тут рассказано!



на главную

\x{0420}\x{0435}\x{0439}\x{0442}\x{0438}\x{043D}\x{0433}@Mail.ru Rambler's Top100 Rambler's Top100


Copyright © 2004-2008 Дмитрий Брацун "Траян и его время"